Primal Fear : Жить прошлым очень опасно


Эта беседа с основателем и басистом PRIMAL FEAR Мэтом Синнером состоялась в Гамбурге 16 октября прошлого года в ходе европейского тура группы и аккурат в день рождения музыканта. Незадолго до этого группа выпустила самый свежий на сегодняшний день альбом “Apocalypse”, а спустя короткий промежуток времени сенсационно перешла с Frontiers на Nuclear Blast, отметив это событие выпуском сингла. Мы берегли этот материал к возможным российским датам коллектива, но, увы, в ближайшее время ждать PRIMAL FEAR на наших просторах не стоит. Что ж, Синнер рассказал немало интересного, и не только об “Apocalypse”, а группу можно попробовать зацепить на летних фестивалях.

>Незадолго до нашей беседы было объявлено о вашем переходе на лейбл Nuclear Blast, с которого в общем-то и начинали в свое время PRIMAL FEAR. Планируется ли в этой связи какое-либо изменение саунда, стиля? Может быть, возвращение к корням?

Все, что мы делали последние годы, отзывы на нашу работу, места в чартах («Apocalypse» стал самым успешным альбомом Primal Fear, первый раз мы вошли в десятку у себя на родине) показывают, что менять ничего не надо. Наши поклонники ждут именно такую музыку, покупают наш диски и цифровые копии, зачем их разочаровывать? Зачем отказываться от того, что приносит успех? Так что следующий альбом Primal Fear продолжит традиции «Rulebreaker» и «Apocalypse». Конечно, найдется место и для новых идей и влияний, но в целом с музыкальной точки зрения будет то же самое.

Некоторые ваши фэны очень ностальгируют по дебютнику и альбому “Nuclear Fire”, они хотят побольше быстрых песен…

Слушай, ну прошло 20 лет уже… Мы не можем написать песню быстрее «New Rise» с альбома «Apocalypse» .

Сингл «Crucify Me» звучит достаточно олдскульно...

Ну не знаю… Эта песня была написана одновременно с вещами для «Apocalypse»…

Вот кстати, многие спрашивают, как вы успели сделать новую песню так быстро после альбома. А если она записывалась одновременно, то чем она была нехороша для «Apocalypse»?

Nuclear Blast хотели проанонсировать подписание контракта вместе с новой песней. Вот мы и сделали это. Это вещь не планировалась для включения в “Apocalypse”, вышедшем на Frontiers. Мы выпустили новую песню, и мне кажется, что фанаты должны радоваться, а не ломать голову, почему она не вошла в альбом.

Хорошо, ты не раз говорил о том, что ваши планы сотрудничества с «новым» лейблом поистине грандиозны. Можешь рассказать немного об этом?

Мы рассматриваем предложения из Америки, планируем выступать на летних фестивалях, а также резервируем время для сочинения и записи следующего альбома Primal Fear. Мы очень тщательно относимся к планированию. Нет смысла торопиться.

Было бы логично сделать что-то особенное типа концертного альбома?

Мы уже выпустили концертник и DVD в 2017 году. Я не очень «дружу» с такими вещами, так как они требуют много внимания, а готовить полностью новый студийный альбом – это намного более интересная и творческая задача, чем концертные записи.

То есть придется подождать?

Может быть поменьше, чем ты думаешь. Но что-то новое появится не раньше начала 2020. Все зависит от того, как долго будет продолжаться тур. Если он затянется, то и с выпуском нового диска придется подождать. В любом случае, мы выпустим его не раньше начала следующего года.

Я заметила, что большую часть песен и для Sinner, и для Primal Fear ты пишешь в соавторстве с Магнусом Карлссоном. Когда вы понимаете, какая идея лучше подойдет одной группе, а какая другой?

Мы так не работаем. Мы изначально знаем, для какой группы пишем материал. Существует направление, в котором мы работаем и создаем песни. Во время сессии для Sinner мы никогда не сочиняем для Primal Fear и наоборот. Что хорошо – мы всегда планируем с Магнусом, что мы делаем. Это ключевой момент в том, что мы успешно работаем на протяжении десяти лет и сохраняем хорошие отношения и креативность. Очень важно, что мы оба имеем общее видение процесса. Здесь нет хаоса, нет креативного безумия, нет этого «а давай сделаем что-нибудь», мы не тасуем идеи между группами. Наоборот, мы четко планируем: например, в понедельник с десяти утра до часу дня на протяжении трех часов мы сочиняем только для Sinner. Вот так мы работаем. Мы оба копим идеи, все время. Записываем на телефон, если под рукой больше ничего нет. Потом мы играем все это друг другу и выбираем то, из чего можно сделать что-то приличное.

А какой инструмент ты используешь для сочинения?

Гитару.

Давай вернемся к «Apocalypse». Альбом выпущен в двух версиях, в стекле и диджипаке с бонусным материалом. И это НЕ концептуальный альбом…

Есть проблема, которая не дает нам записать концептуальный альбом. Прежде всего, я не хочу сочинять концептуальный альбом. Потом, я не могу этого сделать. У нас 14 песен, для десяти тексты написал я, для четырех Ральф. И наши тексты очень разные, они не сочетаются в плане конкретной концепции.

Но все-таки какая-то самая общая концепция у альбома есть, в плане тематики и музыки, верно?

Да, я так и хотел. Но так как мы с Ральфом разделили работу по текстам, они получились очень разными по характеру, настроению, словам. Основная тема – состояние мира на сегодняшний день, но это нельзя назвать определенной концепцией.

И в этом плане, какую из вышеупомянутых версий стоит считать самой полной?

Это элементарно. Конечно, в стекле. Это и есть альбом. Все остальное – бонусы для наших поклонников. К основной идее это имеет мало отношения.

Эпицентром альбома является эпик «Eye Of The Storm», это правда, что там использовалась дюжина разных типов гитарного звука?

Если быть точным, то 16 или типа того. Мне нравится работать над вещами такого типа.

Давай поговорим о твоей продюсерской работе. Ты ведь сразу начал заниматься этим, с первых альбомов Sinner?

Нет, первые два альбома Sinner продюсировал Dirk Steffens, который также работал с Accept. Третий альбом продюсировал Christian Tsangarides, работавший с Thin Lizzy, Black Sabbath, Judas Priest и т.д. Четвертый альбом делал один американский поп-продюсер – так захотел лейбл. Затем я начал потихоньку заниматься этим сам… Первым альбомом, который реально спродюсировал я сам был «Respect» Sinner. Затем «Bottom Line», «Judgement Day» и «The Nature Of Evil». Именно тогда, 20 лет назад, я начал точно понимать, чего я хочу. Но мне пришлось учиться.

Ты где-то говорил, что до сих пор учишься.

Да, например, есть новые технологии. Проходит два года между выпуском альбомов, и за это время появляется что-то технически новое на рынке, и ты хочешь это использовать. Другой звук, усилители, микрофоны… И нужно понять, это сделает результат лучше или хуже. Также и люди. Они меняются. Например, еще недавно твой коллега был клевым чуваком, а спустя два года он превратился в полное говно. И такое бывает. Все, что угодно, может произойти в этой жизни, люди есть люди, и ситуация всегда новая.

«Apocalypse» как-то отличался от всего остального в плане продюсирования?

Думаю, что нет. Я не тот человек, который идет в студию, чтобы поменять что-то. Это продолжение наших находок с «Rulebreaker» с точки зрения звука и записи. Мы использовали некоторые другие подходы в плане мелодий или рифов, но с точки зрения стратегии его производства – тут все то же самое.

Мне кажется, твой творческий путь отличается от пути многих металлических музыкантов, которые достигли основного успеха в юности. У тебя карьера становится все более успешной с годами. Сначала был успех Sinner, но потом вы собрали Primal Fear в довольно зрелом возрасте, да и в последние годы, мне кажется, ты получаешь все больше признания.

Думаю, все немного не так. Когда мы выпустили «Danger Zone» Sinner, у всех была нормальная работа, никто не хотел надолго ехать в тур. Металл был не так уж и популярен. Мы были рады тому, что у нас получается записывать альбомы и весело проводить время. Мы не рассматривали музыку как полноценную работу. Время разделило людей на тех, кто способен выжить в музыкальной индустрии, и на тех, кто считает, что слишком сложно работать над этим, ездить в туры и подолгу не видеться со своими родными и т.д. Когда тебе за 30, ты уже по-другому смотришь на вещи, чем в 20 лет. Когда мы собрали Primal Fear, шел 1998 год, именно тогда Sinner добился приличных успехов. Мы не планировали сделать Primal Fear постоянно действующей группой. Мы хотели выпустить один альбом и посмотреть, что будет. Никто не думал, что так пойдет дальше, и наступит момент, когда годы спустя мы решим, что сможем гастролировать по всему миру, зарабатывать на этом деньги и все свое время посвящать музыке.

То есть Primal Fear сейчас популярнее, чем в начале пути?

Спустя 20 лет все по-другому. Тогда Primal Fear начали успешно. Для нас это было что-то новое, новая ситуация, мы были очень ей рады после долгих лет напряженного труда. Но сейчас наступил такой момент, когда все вокруг нас складывается очень хорошо. Я не знаю, сможем ли мы повысить статус с новым альбомом, но у нас есть шанс. И конечно, я надеюсь, что у нас получится записать еще один великий альбом. Это зона нашей ответственности, это наш шанс. Посмотрим. Знаки подсказывают, что все может сложиться очень хорошо.

Это не такая частая ситуация выстреливать, когда группе уже больше 20 лет…

Как я уже сказал, это наша ответственность, наш шанс. Посмотрим, удастся ли его использовать. Творчество нельзя форсировать, все должно быть естественно. Один месяц может сложиться неважно – ты просто пишешь дерьмовые песни, и ничего не можешь с этим поделать. Ты просто сочиняешь пять песен, и все они – полное дерьмо, и что? Нельзя форсировать, ты же не робот.

Проект «Rock Meets Classics» принес тебе больше признания?

Нужно очень много работать, чтобы заслужить уважение с таким ансамблем. Я называю это ансамблем, потому что в туре участвует почти сотня человек. И если ты хочешь, чтобы они тебя слушали, прежде всего, они должны относиться к тебе с уважением. Это большая ответственность, и нужно выполнять свою работу хорошо, чтобы ее никто не отобрал.

Ты не боялся браться за это десять лет назад?

Нет. Мне было очень интересно. Для любого музыканта с амбициями в сочинении песен работа с оркестром – это нечто особенное. Еще до «Rock Meets Classics» я начал заниматься оркестром, мы использовали оркестр на «Seven Seals» и «New Religion». Так что, для меня стало логичным пойти в этом направлении, понять, что можно сделать, а что нельзя. Конечно, в первом туре пришлось учиться прямо в процессе, но уже во втором все было четко. Я достиг такой точки, когда это стало обычным делом. Я знаю, что делать, я уверен в себе, и меня сложно одурачить.

Мне кажется, в первый раз оркестр прозвучал все-таки в записях Sinner.

Может быть, на «Judgement Day», но не в таком масштабе. Первая реальная работа с оркестром была сделана на «Seven Seals».

Было ли трудно для тебя уступить микрофон Ральфу, когда вы начинали Primal Fear?

Это не было проблемой, потому что, думаю, для такого типа музыки как у Primal Fear голос Ральфа подходит больше. Тем более, что он все равно поет то, что пишу я… Так что, все круто! Да я бы и не смог гастролировать на таком уровне. 3-4 дня, и это было бы ужасно.

Я заметила, что Ральф поменял стиль пения с годами, временами стал петь более агрессивно. Это не твое влияние случайно?

Это зависит. Иногда, когда вокальные линии уже написаны мной, он просто пытается повторить их в моей манере. А у меня более агрессивная манера пения, вот так и получается.

Некоторые поклонники группы Sinner, раз уж об этой группе тоже заходит речь, ностальгируют по твоей музыке и стилю 80-х годов…

Ностальгия всегда одинакова, о какой бы группе ни шла бы речь. Я не знаю ни одной, поклонники которой вели бы себя иначе. Но для меня как музыканта, живущего здесь и сейчас, не менее важно развивать и улучшать то, что мы делали в прошлом, двигаться вперед. Жить прошлым может быть очень опасно!

Беседовала: Ирина Иванова
При подготовке материала помогал Дмитрий Дасов





5 май 2019
Kiss Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
1997-2019 © Russian Darkside e-Zine.    Если вы нашли на этой странице ошибку или есть комментарии и пожелания, то сообщите нам об этом