Arts
ENG
Search / Поиск
LOGIN
register




Интервью
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z #


Doom Metal Lexicanum


Размышления о думе насущном

Prologue
Наверное, за всю свою продолжительную историю именно сегодня дум переживает свои наилучшие времена. Конечно, все знаковые для жанра альбомы были записаны лет …дцать назад и давно обрели классический статус. Но с точки зрения спроса и значительно возросшего градуса культовости, сейчас дум востребован как никогда ранее. Огромное количество групп и новых релизов появляются едва ли не на ежедневной основе и могут легко сбить с толку любого, кто решил проявить хотя бы умеренный интерес к данному жанру.
Тем более что само определение “doom metal” вызывает у отдельных групп слушателей совершенно разные ассоциации. Для кого-то дум – это Candlemass и Pentagram, Trouble, а кому-то на ум сразу приходят такие имена, как My Dying Bride, ранние Anathema и Paradise Lost, Skepticism и т.д.
Однако с недавних пор в темных лабиринтах дума появился яркий светоч. Если вы запали на эту музыку и твердо решили разобраться, что же такое традиционный дум, но не знаете с чего начать, то “Doom Metal Lexicanum” вам в руки вместо факела! Этот внушительный фолиант на сегодняшний день стал наиболее полным, информативным и единственным в своем роде путеводителем по жанру. Книга была издана в конце прошлого года британским издательством “Cult Never Dies” под редакцией Дайала Паттерсона (который сам является автором серии интереснейших книг о блэке), что уже само по себе является знаком качества. “Doom Metal Lexicanum” дает четкое представление об истоках жанра и группах, которые в большей или меньшей степени можно отнести к традиционному думу и сопредельным с ним поджанрам. Сей фундаментальный и основательный труд представляет собой живое повествование и помимо информации о группах содержит анализ творчества отдельных групп, несколько интересных дополнений, а также комментарии самих музыкантов. Благодаря всему перечисленному “Doom Metal Lexicanum” будет интересен как новичкам, так и матерым знатокам жанра.

Несмотря на то, что книга издана на английском языке, ее автором является наш соотечественник Алексей Евдокимов, с которым я с удовольствием и пообщался о его подвижничестве на ниве дума. Кроме того, помимо процесса работы над книгой мы обсудили ряд интересных культурологических аспектов, связанных с жанром. Материал получился немаленьким и своей массивностью вполне соответствует тому музыкальному жанру, которому посвящен. Терпения вам! )

Привет, Алексей! Давай начнем немного издалека и обратимся к истокам. Расскажи, как ты пришел в музыкальную журналистику?

Александр, салют! Спасибо за вопросы и за интерес к “Doom Metal Lexicanum”. На данный момент это первый текст о книге на русском, так что это круто!

Началось, наверное, так же, как и у всех тех, кто пишет для онлайн ресурсов. Я слушал тяжёлую музыку года с 97-го, интересовался текстами, читал о группах в журналах Legion, M, Rockcor. Учитывая круг моих интересов на тот момент и ограниченные возможности по добыванию новых альбомов, журналов вполне хватало. Со временем я начал интересоваться группами, которые бумажными изданиями не освещались, но о которых хотелось рассказать другим слушателям. Так я попал на metallibrary.ru. Вообще изначально я переводил тексты песен любимых групп, и на «метлибе» их выкладывали. Наверное, сейчас качество переводов в подавляющем большинстве случаев у меня восторга не вызовет, но часть переводов были все же достойного качества.

Что тобой вообще двигало с учетом того, что в нашей стране, именно в «тяжелом» жанре, профессиональной музыкальной журналистики как таковой попросту нет?

Я, пожалуй, не соглашусь с тем, что у нас нет профессиональной музыкальной журналистики. Хотя этот жанр, конечно, и малопопулярен в профессиональной среде. А так, журналы вроде Dark City, InRock, Atmosfear можно причислить к разряду профессиональных. То же можно сказать и об энтузиастах, пишущих для интернет-сайтов. Но я не могу назвать имён, потому что, чаще всего, про интересные для меня группы текстов почти нет, а читать чужое мне некогда также, как порой писать своё. По-моему, это общемировая тенденция: фанаты групп пишут потихоньку о любимой музыке, и с годами у них это получается профессионально. У меня ушло несколько лет, прежде чем я научился более-менее объективно излагать свои мысли. Тем не менее, если брать за критерий профессионализма академический анализ музыкальных альбомов, или возможность обеспечивать себе существование одной лишь писаниной про металл, то да – гавно вопрос! С этим у нас скверно.
Кстати, мне недавно подсказали книгу Игоря Грачёва «Энциклопедия Gothic Doom Metal». У него же есть «Энциклопедия Speed Power Metal», биография Оззи Осборна и, если не ошибаюсь, интересная брошюра “German Rocks”. Так вот, эта энциклопедия вышла еще в 2006-м, я две недели назад её получил с Озона. Для того времени очень приличный материал, но тот факт, что изданную 12 лет назад книгу про doom на русском можно без проблем купить сегодня, подтверждает, что я не зря стал писать на английском…

Вот мы плавно и перешли к главной теме интервью – твоей книге “Doom Metal Lexicanum”. Как родилась идея создания этой впечатляющего труда?

Так как у меня, видимо, медленный метаболизм, со временем из всех сортов металла я почти полностью пересел на doom. Сначала на death doom, gothic doom, funeral, потом году в 2010, когда я стал писать ещё и для англоязычного ресурса doommantia.com, на то, что называют traditional doom. Всё это время появлялись какие-то связи с музыкантами, издателями, другими «журналистами», и в итоге году к 2015-му я писал одновременно для трёх англоязычных интернет ресурсов, так как переводить на русский уже не было времени. А потом в нагрузку и для двух журналов – отечественного InRock и англоязычного Fire. Журналы выходили раз в два месяца, но теперь, скорее, реже, так что это не было таким уж грандиозным трюком. Однако на тот момент я сильно сопрел от объёма интервью и, в меньшей степени, рецензий, которые сам на себя взвалил. То есть я устал от масштабной и совершенно бесплатной писанины, удовлетворил свои амбиции и решил поставить жирную точку. Грубо говоря, чтобы больше не возвращаться к doom metal, я решил собрать свои интервью, рецензии, добавить к ним новый материал и написать книгу. Фактически я обрёк себя примерно на два года на ещё больший объём писанины, чем когда бы то ни было. Многоходовочка! Грабли наносят ответный удар!
Ещё одна причина заключается в том, что таким образом я хотел отдать дань уважения тем группам, которые мне нравятся. На тот момент, да и сейчас, doom-сцена находилась на подъёме, и лучшего времени для появления такой книги было и не сыскать. Честно говоря, я долго не мог понять и сейчас не понимаю, почему никто из тех, для кого английский язык является родным, не написал такой том. Хотя году в 2003-м Гарри Шарп написал “A-Z of Doom, Goth & Stoner Metal”. Насколько я понимаю, это книга вроде энциклопедии Грачёва. Но это было 15 лет назад, сцена сильно изменилась. В итоге на протяжении работы над “Doom Metal Lexicanum” я сталкивался с рядом интересных личностей, пытавшихся меня научить, как бы они написали такую же книгу. Но эй… почему бы им самим не сделать так, как они хотят?
Можно сказать, что на формат издания меня вдохновила книга итальянского энтузиаста Альберто Биа, написавшего энциклопедию рока 60-х “Bible Of The Devil”. Я даже думал писать с ним вместе, но быстро отказался от этой идеи, о чём не жалею. Его книга была написана за шесть лет при примерно том же объёме. Но он сам её издал, это было для меня примером.

И все же, помимо замедленного метаболизма, почему ты выбрал дум? Почему именно этот жанр имеет для тебя особое значение?

Так вот… особое значение… Скажем так, в тот период я для себя понял, что знаю, как написать книгу об этом жанре, и что могу сделать это неплохо. Я должен был это сделать, поэтому я за это и взялся. Было ощущение, что у меня нет других вариантов. Но в целом быстрый металл у меня плохо идёт, хотя иногда слушаю и его, и другие жанры. На doom’е свет клином не сошёлся.
Для книги я выбрал traditional doom и его производные с примесями rock и stoner. Мне было понятно, что если сюда же я добавлю Anathema, My Dying Bride и, скажем, Skepticism, то на большие группы уйдёт больше места и новые команды будет просто некуда вставить. Сама суть проекта кардинально бы изменилась. В результате мы получили издание
формата А4 в 300 страниц, на которых изложены истории 365 или 366 групп с вкраплениями интервью и обзорами некоторых альбомов. Изначально список был гораздо больше. Но вместить всех в одно бумажное издание означало бы или сокращение статей по каждой группе до сухой выжимки из дискографий и имён участников, или увеличение объёма издания. “Doom Metal Lexicanum” и так весит кило, что отпугивает, например, некоторых заказчиком стоимостью пересылки. Тяжёлая музыка требует тяжёлого формата, но я бы предпочёл издание ещё чуть более массивного объёма. Гм, и в солидном кожаном переплёте…
Да и, кстати, при таком жанровом ограничении я всё равно получал и изредка всё ещё получаю актуальные советы и выражения недоумения: почему нет этой или той группы, а почему есть эта, ведь в ней 90% stoner (окей, таких групп на книгу штук шесть), и так далее. Про My Dying Bride спрашивают регулярно, хотя я везде говорил и писал, что death doom в эту книгу не попадает.

Расскажи о том, как проходила работа над этой книгой. Как ты собирал материалы, какие стадии подготовки прошла книга, основные этапы ее создания?

Вначале я составил с помощью metal-archives и собственных ресурсов список групп – вышло около 900. Затем отсеял то, что совсем не подходило и получилось около 550. Посмотрел, с кем из групп я уже делал интервью раньше, с них и начал писать, параллельно задавая вопросы остальным. То есть 90% групп из книги были мною опрошены лично. Иногда не единожды. Оставшимся 10%, или чуть меньше, я отправлял запросы на интервью, но они либо не отвечали вообще, либо забивали на ответы уже по ходу дела. Вообще живая речь музыкантов – это основная тема книги. В первую очередь я хотел дать слово самим исполнителям. Жаль, что редакторская правка кое-что потёрла, но сейчас поздно сокрушаться.
Когда было готово примерно 85% книги, я сделал на Facebook страницу Doom Metal Lexicanum, отправил каждой из групп (кроме пары десятков из тех, что не отвечали) сообщение о книге, попросил разместить на своей странице ссылку. Пожалуй, процентов 40 так и сделали – человеческий фактор. В ночь с 1-го на 2-е июля 2017-го я дописал последний текст. После этого был месяц перерыва, и где-то с августа я начал собирать фотографии для Lexicanum. Издатель и верстальщик Дайал Паттерсон, тем временем, редактировал текст. К сожалению, потеряли процентов 15-20 текста, но при этом ни одной группы не выкинули. А с октября по ноябрь в очень хардкорном режиме мы с Дайалом проверяли побуквенно макет книги.

Было ли у тебя изначальное видение окончательного результата? Или понимание того, какой должна получиться книга пришло уже в процессе работы?

Видение структуры было чётким, но были проблемы с форматом. Никто не хотел издавать в А4, это слишком тяжело для отправки, был финансовый риск. Но в итоге именно в А4 книга и вышла; не знаю, насколько это снизило количество заказчиков… Где-то за неделю до отправки книги в печать оказалось, что у нас есть порядка 10 свободных страниц. Было очень жаль, но возможности дописать ещё о нескольких группах не предоставлялось – если бы мы их стали добавлять тут и там, поехал бы весь текст. Так что было решено сделать небольшое приложение. Сейчас я думаю, что это была неплохая идея, хотя я и не совсем доволен итогом.

В общем, у нас было свободное место, а у меня было две неплохих статьи… Первая – о влиянии мифологии Говарда Лавкрафта на doom metal с комментариями групп по рассказам, по мотивам которых были написаны песни. Статья в двух частях была напечатана в англоязычном журнале Fire. Я считаю, что получилось хорошо. И была статья про разные религиозные ритуалы, описанные думовыми группами – чёрная месса, христианская месса, индейский танец духов, вуду, шаманские практики. В урезанной версии, но на русском языке, она была размещена на постыдном ресурсе furfur. В расширенном англоязычном варианте статья также была в Fire. В ней я много информации непосредственно по обрядам взял из Википедии, так что в книгу мы её пустить не могли. А вот Лавкрафт вошёл отлично.
К этому мы добавили комментарии Сами Хиннинена (Sami Albert Hynninen aka Albert Witchfinder – авт.) о том, в каких воплощениях образ ведьмы появлялся в песнях Reverend Bizarre. Неплохой текст, но он смотрелся лучше в развёрнутой статье на русском, для которой я его и использовал года… три назад… Да, где-то так. Ну и оставшееся место отдали под интервью Дайала Паттерсона с лидером Cathedral Ли Доррианом. Из всех моих писем Дорриан ответил только на одно, когда я делал интервью с Beastmaker – подопечными Rise Above Records (Ли Дорриан является основателем данного лейбла и руководит его работой – авт.) А это не совсем свежее, но актуальное интервью пошло хорошо.
Относительно структуры, впрочем, есть чувство неудовлетворённости. Я бы хотел, чтобы в книге было больше аналитики. Хотя приложение отчасти этот пробел восполнило… Так вот, в принципе я знал, как это сделать, но такая форма изложения требовала больших усилий и совсем другого подхода. Понимая, что это некоммерческий проект, а времени и энергии он отнимает несоразмерно много по сравнению с выхлопом, я отказался от этой идеи.

С какими ещё сложностями тебе пришлось столкнуться в процессе написания?

Первое и главное – нехватка времени. На работу уезжаешь в семь утра, возвращаешься часам к 19. Дома полно дел, семья. Короче, свободное время начиналось где-то после 23 часов, так что спал я мало. Иногда всю рабочую неделю часов по пять – пять с половиной. Неплохо выручал напиток мате, гораздо лучше кофе, кстати… Альбомы слушал по пути на работу, на работе, делал пометки в телефоне, что-то иногда успевал набить на планшете, а дома уже приводил в порядок. Можно было бы делать это не в таком стрессовом режиме, но я не хотел затягивать с изданием.

Февраль 2017-го – это был эпицентр трэша и угара. Совпали лютый аврал на работе, а также дэдлайны по материалам для InRock и Fire – на мне висело около 20 рецензий и 7 интервью. А к тому в придачу я пытался договориться с одним издательством и согласовывал сырой макет книги с одной верстальщицей, в принципе далёкой от тяжёлой музыки.

Вторая большая проблема – это указанный выше человеческий фактор. Многие группы с энтузиазмом относились к тому, что я пишу книгу, и статьи о них туда войдут. Но вот некоторые из них не спешили с ответами или откровенно забивали болт. Причины разные, не могу сказать, насколько они были объективными. Например, с Виктором Гриффином (гитарист Pentagram, Place Of Skulls – авт.) я без проблем сделал интервью шесть лет назад. Сейчас Pentagram раскрутились, поэтому я сомневаюсь, что он просматривает почту так же тщательно, как раньше. Из больших групп никак не ответили Saint Vitus. Что касается Trouble, то интервью с основателями группы Риком Уортелом, Брюсом Франклином и Эриком Вагнером обещали организовать их менеджеры. Ничего не вышло. Зато я без проблем нашёл в Facebook их нынешнего вокалиста Кайла Томаса и ещё пару бывших участников, они дали необходимые комментарии. Ударник Trouble Джефф Олсон связь с левыми людьми держит через жену, поэтому вопросы я отправлял ей, и ответы тоже прислала она. В итоге это было хлопотно, но текст получился хороший. Была возможность сделать интервью с Лейфом Эдлингом (Candlemass), но по скайпу и в один конкретный день недели. Я не был готов отпрашиваться ради этого с работы, поэтому с позволения редактора Fire Стефано Серати взял кусок его интервью для своего текста. Зато я смог получить пару ответов от первого (гостевого) вокалиста Candlemass Йохана Лангквиста, записавшего вокал для легендарного “Epicus Doomicus Metallicus”. Это нормально…
Вообще коллеги, которые постоянно бывают на фестивалях, говорят, что все дядьки из больших групп в жизни довольно разговорчивы и позитивны, но я не могу ехать на Roadburn только для того, чтобы выцепить кого-то из больших парней. По той же причине проблемой б
ыло получить от групп фотографии нужного качества и с указанными именами фотографов – кто-то не знал имени фотографа, кто-то раз за разом присылал фото низкого качества, кто-то обещал прислать и забывал… Мы же не в русской народной сказке, да? Я не вижу смысла задавать один и тот же вопрос три раза, ограничивался двумя. Ну и, как следствие, по факту выхода книжки получил пару претензий. Например, Джоанна Садонис из Lucifer была недовольна фоткой, так как взяли какой-то промо-снимок с позапрошлогодней сессии. Его автора мы смогли найти легко. Она, в свою очередь, не прислала, как обещала, фотографию до сдачи книги в печать. Марк Грининг, бывший ударник и один из основателей Electric Wizard (ныне барабанит в Dead Witches), был очень не рад тому, что его фотки нет в соответствующей статье. Но причина была та же: на оба мои запроса он не среагировал. Ну, он сказал потом, что ему часто пишут, и он не может всем отвечать. Что тут поделаешь, у всех дела.
Ещё было очень трудно, когда оказалось, что больше групп в книгу мы добавить не можем, а за бортом осталось ещё штук сорок команд, которые я хотел там видеть. Это было скверное чувство, и до самого последнего момента я изыскивал возможность дописать что-то. По крайней мере, на ноябрь 2017-го все дискографии групп были актуальны. Окей, кроме двух...

И последняя сложность. Я слушал и переслушивал все полноформатные альбомы, о которых писал. С какого-то момента от фузза, ведьм и «низкого» звучания стало тошнить. Ну и тяжело подбирать эпитеты для описания музыки очередной группы, которая делает саббатовские риффы.

Частично ты уже сам ответил на следующий вопрос, но давай все же раскроем тему более полно. Как ты связывался и поддерживал контакт с музыкантами? Из рассказанного тобой видно, что порой было не так и просто выйти на нужных людей лично, действуя через посредников. Все ли задействованные в книге персонажи с готовностью соглашались сотрудничать с тобой, или пришлось приложить усилия, чтобы убедить их в этом?

За те годы, что я писал для разных сайтов, у меня сформировался круг общения с некоторыми группами и лейблами. То есть это представители сцены, которые всегда на связи. Многим я просто писал в Facebook, и чаще всего это работало. С несколькими группами я общался через менеджеров, лейблы или PR-агентов, это тоже обычно получалось.

С другой стороны, меня удивила пара групп, с которыми я общаюсь довольно долго. Вот они как раз обещали содействие и потом пропадали. Да, были случаи, когда я писал одному за другим всем участникам, кого мог найти, но всё-таки обычно в группах есть один-два человека, которые идут на контакт и отвечают на интервью. Возможности убедить онлайн кого-то ответить на вопросы я не вижу. Ну да… угрожал пару раз стереть в ядерную пыль, но кого этим теперь напугаешь.

Удалось ли тебе вовлечь в работу музыкантов, которые являются знаковыми лично для тебя? Продолжаешь ли ты поддерживать отношения с кем-то из них?

Как бы сказать… Я, наверное, не смогу назвать группу, плакат с фотками которой я бы повесил у себя дома. Мне надо очень тщательно подумать, чтобы назвать такую. Безусловно, есть группы, которые вызывают у меня уважение, и это не только doom-команды, а знаковые… Скажем так, есть определённые группы, которые у меня вызывают искреннее уважение по тем или иным причинам.
Например, мне нравятся группы, поющие на родном языке. Тут я могу назвать французов Barabbas, японцев Eternal Elysium, финнов Pohjoinen, бретонцев Stangala, эстонцев Taak – используя в текстах родной язык, они делают своё звучание более аутентичным, это здорово.
Техасцы Elliott’s Keep исполняют интересную смесь дума и трэша, их новый альбом “Lacrimae Mundi”, на мой взгляд, заслуживает большего внимания. С ними мы не то, чтобы постоянно общаемся, но вот познакомились году в 2010, когда я писал для doommantia.com, и с тех пор они присылают почтой каждый новый диск.

Есть группы с некими интересными концепциями. Скажем, Reverend Bizarre изначально были заточены, чтобы делать «настоящий doom» без всякого говна. И кстати, их идейный вдохновитель Сами Хиннинен крайне разговорчив и дружелюбен, несмотря на некоторые личностные особенности.

Перуанцы Reino Ermitano (о, их вокалистка, кстати, поёт на испанском) в своих текстах поют о шаманских практиках с отваром из лианы аяуяска. Они принимали участие в этих ритуалах и знают, о чём поют. Я считаю достижением то, что я смог, пусть и частично, донести до слушателя их взгляды.

Из представителей «старых» групп я общаюсь относительно регулярно с Джефом О’Кифом – одним из основателей Pentagram и Bedemon. Но это связано, скорее, с тем, что статья о Pentagram, помимо книги, вошла в один из прошлогодних номеров InRock. А сейчас он ещё записал гитару для нескольких песен отличной американской команды Blackwulf.



Издательство Cult Never Dies стало уже действительно культовым брэндом, а его основатель, автор хрестоматийных книг о блэке Дайал Паттерсон, достаточно уважаемый персонаж в музыкальной среде. Как тебе удалось выйти на это издательство? И легко ли было уладить все сопутствующие изданию формальности?

Вообще, я ни о нём, ни об издательстве не слышал, так как блэк – не моя чашка чая :-). К марту 2017-го, когда я создал страницу Doom Metal Lexicanum в Facebook, я потерпел фиаско в переговорах с несколькими издательствами. У пары метал-издательств были планы на два года вперёд, одно серьёзное издательство было почти согласно, но они побоялись издавать книгу про doom metal ввиду финансового риска. Пара музыкальных лейблов активно выражали интерес, но в итоге я рад, что с ними тоже ничего не сложилось – те ещё динамщики.
Словом, к марту я почти отчаялся, но Костас Панайоту, известный многим по Pantheist, Clouds и Landskap, посоветовал написать в Cult Never Dies. Я написал, Дайал ответил. Довольно быстро оказалось, что наше видение вопроса совпадает. Мы согласовали предварительный объём издания и срок сдачи. В итоге это был успех. С Дайалом комфортно работать – он фанат своего дела, и нам легко было найти общий язык. Он взял на себя вёрстку, он предложил Дэвида Тиерри в качестве художника обложки, альбом иллюстраций которого на тот момент готовился к изданию. У меня есть контакты с лейблами, парой сайтов и журналов, но только благодаря Дайалу заметки о книге появились в по-настоящему больших изданиях – Kerrang, в онлайн версии Metal Hammer, на таком древнем ресурсе, как metal-rules.com.

Мои контакты в итоге тоже сработали. В феврале, например, интервью было опубликовано во французском журнале Metallian, в марте рецензия на книгу будет в Rock Hard Italy. Вот Atmosfear недавно обратились с парой вопросов. Я не ожидал такого внимания… Продажи до небес не взлетели, но я воспринимаю это, скорее, как один из элементов признания значимости doom metal как жанра. Дайал, кроме того, настолько болеет за своё дело, что прислал почтой пачку стикеров с логотипом “Doom Metal Lexicanum” на подпись. Так что я отправил их ему назад, и часть тиража оказалась с автографами. Жалко только, что не весь тираж, так как вторая посылка пришла слишком поздно. Я бы сказал, что “Doom Metal Lexicanum” был изначально честным андеграундным проектом. Cult Never Dies вывели его на гораздо более высокий уровень.

Книга вышла на английском языке. Планируются ли переводы издания на другие языки? В частности русский.

В первую очередь я должен сказать, что май инглиш изнт сач бриллиант. То есть я без проблем могу сделать интервью, написать рецензию, но для печатных публикаций он далеко не идеален. С первого месяца работы над книгой я связался с нынешним редактором doom-metal.com Майком
Лиассидесом, спросил, может ли он редактировать мои тексты. На тот момент проект вообще не подразумевал никакой прибыли, но Майк согласился за идею и оперативно правил всё, что я присылал. В какой-то момент я стал обгонять Майка по количеству текста и совершенно случайно во время переписки с Таной Хаугой, басс-гитаристкой японской команды Eternal Elysium (я настойчиво требовал текст песни “Sunset Puff”), я упомянул секретный на тот момент Lexicanum. И слово за слово – на одного редактора стало больше. Я искренне благодарен Майку и Тане за их труд.

В итоге, правда, Дайал словно садовыми ножницами прошёлся по тексту безжалостной редакторской правкой, но, по крайней мере, всё влезло в один том. Вообще это какой-то анекдот: русский инженер (я), английский грек (Майк) и японская американка (Тана) как-то раз написали книгу про doom metal. Идиотская ситуация, если посмотреть со стороны, но у нас не было выбора!
Да, были запросы из Италии, Германии и Франции насчёт перевода. Из России, по-моему, только один человек интересовался… Тут очень просто: если есть заинтересованное издательство, то есть и перевод! А издательство заинтересуется, если будет спрос. Пока что предложений в адрес Cult Never Dies не было.

Для иллюстрации возможности перевода на русский язык приведу простой пример. Я иногда качаю музыку из интернета – без этого я не смог бы написать книгу. И на сайте, с которого я обычно качаю дум, есть специализированный раздел форума, отведённый этому жанру. Я там создал тему по книге, её просмотрело примерно 140 человек, и только один оставил комментарий: «Да никому это не нужно. Мне уж точно». Не знаю, насколько это показательно, но, по-моему, достаточно :-)



Расскажи об истории обложки для “Doom Metal Lexicanum”. Насколько мне известно, их две. И оригинальный вариант обложки помещен с обратной стороны книги…

В феврале 2017-го, когда надо было что-то показать издательству, с которым я вёл переговоры, я попросил мою хорошую знакомую художницу и иллюстратора из Москвы Милу Киселеву создать арт для обложки. У меня была в голове готовая концепция, у неё – свободное время. Итоговый результат продолжительное время был обложкой страницы Lexicanum в Facebook. Но в какой-то момент Дайал написал, что хочет настойчиво предложить другую обложку авторства Дэвида Тиерри. Дэвид с начала 90-х оформил здоровую пачку альбомов разных, преимущественно блэковых, команд. А его арт-бук “Owls, Trolls & Dead King’s Skulls” – это что-то! Здесь можно заценить, насколько он крут.

Так вот, с Дэвидом мы обсудили концепцию, и он не только эффектно передал её суть, но и тонко прочувствовал сам дух идеи. Поэтому новая обложка сама по себе увеличивает культурологическую ценность издания на пару пунктов. В метафизическом смысле.

Несмотря на консервативность дума, в нем есть достаточное количество поджанров. Помимо традиционного дума, которому посвящена “Doom Metal Lexicanum”, существует еще funeral doom, drone doom, death doom… Планируешь ли ты продолжить изучение предмета и выпустить книгу/книги, посвященные перечисленным поджанрам?

Я только поправлю, что “Doom Metal Lexicanum” посвящён не только традиционному думу, но и ряду его ответвлений – тем поджанрам, в которых есть stoner, psychedelic rock и т.д. В связи с этим я иногда получаю замечания от «пуристов», но об этом было сказано выше.
Вообще я первоначально слушал death doom со всеми вытекающими. Моими первыми группами были Tiamat, Paradise Lost, Saturnus, Cemetery Of Scream, наши Deceptive и Great Sorrow. Я, естественно, имею в виду именно думовые альбомы этих групп. Так что первые годы я слушал и писал обычно про death doom и funeral, эта тема мне знакома.

Я знаю некоторые drone и sludge группы, что-то мне даже нравится, но в этом вопросе я разбираюсь недостаточно хорошо. Но главное, это не моя тема. Необходимость написания книги про экстремальную сторону жанра была для меня очевидна уже в декабре по факту выхода Lexicanum. Это последнее, чего я хотел. Но просто получается, что я знаю, как это сделать хорошо и относительно быстро, а Дайал готов это издать. Вот только я не могу потратить на вторую книгу столько же времени, сколько на первую, поэтому мы её договорились писать с одним коллегой, живущим в Англии. На данный момент он, правда, по техническим причинам ещё не стартовал, но у меня про 19 групп есть готовые тексты. Где-то я снова использовал старые интервью, к кому-то из распавшихся групп просто обращался за комментариями. Могу назвать несколько имён из уже готового: Cemetery Of Scream, Decomposed, Earthcorpse, Hamferd, Mythological Cold Towers, Norilsk, Ophis, Visceral Evisceration и Во Скорбях. Думаю, это даёт представление о том, чего ожидать от Lexicanum II.

Как ты считаешь, какие основные факторы повлияли на формирование традиционного дума и связанные с ним образы? Я бы хотел, чтобы здесь ты попробовал связать воедино не только музыкальные истоки, но и культурные факторы, повлиявшие на философию жанра.

Мне кажется, что в культурном смысле показательна известная история обретения Black Sabbath их оригинального названия. Это тот случай, когда они из окна репетиционной точки увидели очередь в кинотеатр на сеанс фильма ужасов и решили назвать группу в честь фильма «Три лика страха». В оригинале название было “I Tre Volti della Paura”, но в английском прокате он шёл как “Black Sabbath”. На тот момент это был китч, эпатаж, способ привлечь внимание публики. И если говорить о Black Sabbath как о родоначальниках жанра, то одним из краеугольных камней их творчества было вот это «религиозное мракобесие», пришедшее, скорее, из фильмов ужасов. У Саббатов помимо этого были и песни про отношения (“Paranoid”), песни антивоенной тематики (“War Pigs”, “Children Of The Grave”) и песни, завязанные на условно рок-н-рольном образе жизни, включающем в себя употребление наркотиков (“Sweet Leaf”). Субъективно, фильмы (реже литература) ужасов, образы из христианской традиции, тема судного дня и наркотики наиболее плотно осели в doom-жанре, хотя и в других метал-жанрах они в разной степени тоже присутствуют.

Следующими были Pentagram, и их эстетика очень близка Black Sabbath. Например, их ударник Джо Хассельвандер говорил о том, что они с Бобби Либлингом (вокалист группы – авт.) были фанатами фильмов ужасов. Ну а то, что Бобби был большим фанатом веществ – это ни для кого не сюрприз.

Вместе с тем, гитарист Pentagram Виктор Гриффин сказал следующее: «На счёт лирики (Pentagram) всё очень странно... она в основном повествовала о том, что случается, если отворачиваешься от Бога, или посвящалась теме правильного выбора пути. Там же были тексты как раз об этом – “Sinister” и “Burning Savior”. Но сейчас совсем другая история... для меня; хотя Бобби тоже пришёл к совсем другому роду духовной реализации. Для нас это было лишь вопросом времени. Внутри каждого просыпается духовный голод. Каждый чувствует это в какой-то момент... и я процитирую своего величайшего вдохновителя и брата по вере Эллиса Купера... "Если ты не чувствуешь этого сейчас, ты почувствуешь это позже. Поверь мне. Ты почувствуешь это". Остаётся только вопрос... что ты будешь с этим делать?»
Тексты первых альбомов Trouble содержали немало христианского символизма. Их в 80-х с подачи лейбла и в противовес зарождавшемуся black metal даже называли “white metal” группой. Но сами музыканты, во-первых, таким определением были крайне недовольны, а, во-вторых, впоследствии открещивались от имиджа христианской группы вообще.

Ещё одна ключевая группа 80-х Saint Vitus (что характерно, названная по песне тех же Black Sabbath) записала для альбома “Hallow’s Victim” (1985) песню “Prayer For The (M)Asses”. Там были такие слова: “You wear your crosses upside-down It shows that you're a fool You don't realize What he's got in store for you”.



А Witchfinder General злоупотребляли образом охотника на ведьм, ставшего популярным благодаря образу, созданному Винсентом Прайсом в известном и уже, наверное, культовом фильме. Мне кажется, с этим всё просто. Частично об этом говорил и Сами Хиннинен (Reverend Bizarre). В роли охотника на ведьм чаще всего выступает мужчина, женщина-ведьма в такой ситуации чаще выступает в роли жертвы, что ярко изображено на обложках альбомов Witchfinder General. То есть тут одновременно замешаны и мужской страх перед женщиной, и желание обладать ею телесно, и оправдание этого желания её (женщины) низким, «ведьмовским» началом. Эта довольно грязная ролевая игра у думовых групп довольно популярна, и групп, название которых начинается на “Witch”, гораздо больше, чем групп, чьё имя начинается на “Black”. Кроме того, охота на ведьм и тема судного дня у Witchfinder General вылились в такую курьёзную песню, как “Soviet Invasion”. Для начала 80-х это ещё было актуально.
Другими важными законодателями моды были Candlemass. От них жанру достались дух средневековья, тамошней чертовщины и религиозности, дух этой «думовой» обречённости. Всё-таки кэндлмассовская “Solitude” сильно отличается от “Solitude” блэксаббатовской.
Всё это в разной степени присутствует у современных doom-групп, хотя политический или социальный аспект Black Sabbath ушёл далеко на задний план. А в последнее время приобрела сильное влияние кислотная эстетика 60-х, помноженная на оккультный образ Coven. На мой взгляд, дум, как жанр, перенасыщен узнаваемыми штампами. С одной стороны, это помогает слушателю ориентироваться. С другой стороны, культурная ценность таких работ ниже. Мне, например, мало «цепляющих» или «качающих» риффов и винтажного звучания.



На мой взгляд, дум весьма религиозен. Для него характерен сугубо христианский визуальный ряд и эмоциональное содержание, присущие «темной стороне» данной религии. Сегодня это уже не актуально, но на протяжении многих и многих веков европейская культура строилась именно на производном от христианской религии отношении к бренности бытия, глорификации смерти, страхе перед потусторонними силами и судьбой. Для убедительности можно вспомнить распространенный средневековый сюжет Danse macabre – Пляска смерти. Ты со мной согласен?

Это особенно характерно для католических стран. А в странах, где католицизм был насаждён относительно недавно и насильственно, как, например, в Южной Америке, эти антихристианские позиции естественны. Или возьмём Италию – там прямо в центре запилен Ватикан. Там средоточие всей этой круговерти про адовы муки, жарку в аду, сдирание чертями кожи с людей и так далее. То есть итальянцам сам Бог велел брать за основу такую чернуху. Не все на это ориентируются, но это ощутимо. The Black отличный тому пример, весьма аутентичная формация. Вдобавок в их музыке есть сильные влияния итальянского прогрессивного рока. Тут же стоит упомянуть французов Barabbas (имени фильма «Варавва»), которые используют христианские образы как инструмент сатиры. Это касается не всех песен, но у них такое есть.

Но тут в самом вопросе есть подвох. Doom – это всё же западное явление. Западный мир всё-таки христианский. Поэтому с точки зрения религии doom-группы в поддержку своего мрачного звучания берут первые попавшиеся под руку мрачные образы – либо из фильмов, либо из того, что предлагает христианство. Ну а христианство – это про смерть и жизнь после смерти в той или иной форме. То есть doom-групп, поющих про Шайтана нет по определению. Японцы Ningen-Isu используют образы из буддизма, но они исключение. Pombagira плотно писали про вуду, но это тоже чуть ли не единичный случай. Есть несколько групп, опирающихся в своей лирике на язычество, например Alunah, Reino Ermitano. Но на чистый doom тема язычества плохо ложится с музыкальной точки зрения. Думаю, ты со мной согласишься, что здесь лучше работает folk, pagan или black.

Ну, тут как сказать. Вспомним тех же Jex Thoth или Pagan Altar, отчасти Solstice – их языческая концепция прекрасно ложится на играемую музыку. Но помимо перечисленных характеристик, дум видится мне и своего рода ретро-жанром, который наиболее полно передает атмосферу классических фильмов ужасов и мистических триллеров 60-х – эры Винсента Прайса и Кристофера Ли. И это тоже привлекает ряд слушателей, ностальгирующих по тем временам. Не так ли?

Мне кажется, что в 90-е это влияние было слабее, чем сейчас. Если говорить о традиционном думе, переживавшем тогда не лучшие времена, то можно назвать сходу Cathedral с их «Хопкинсом» и трилогией по мотивам «Слепых Мертвецов». Хотя тут я точно не помню. По-моему, последняя часть вошла в один из последних альбомов.



Интерес к старомодным фильмам ужасов появился ближе к середине нулевых благодаря, в первую очередь, Electric Wizard и Reverend Bizarre. Это сейчас уже явление набрало обороты и на один фильм “Blood On Satan’s Claw” написано только думовых песен три штуки – Alastor, Reverend Bizarre, The Lamp Of Thoth. У последних, кстати, получилось ярче всего.
Ностальгия – интересный термин в данном контексте. Для самих музыкантов определённого возраста это именно ностальгия, они выросли на этих фильмах. Я помню, что когда делал интервью с Андерсом Манга из Bloody Hammers (группа имени той самой киностудии Hammer Film Productions), он так и сказал, что рос на американском юге, где был зашквар религиозных фанатиков. Фильмы ужасов для него стали своего рода прибежищем. Плюс тамошние христиане рьяно клеймили рок-музыку, ну и производили впечатление не совсем психически здоровых людей. Так что их посылы имели противоположный эффект на Андерса, и он создал рок-группу.

Сейчас молодые группы занимаются, скорее, «косплеем» этих образов. Я не исключаю возможности того, что они действительно просматривают все эти фильмы, как, например, немцы Naked Star. Но мне кажется, что это стремление максимально впитать дух больших групп, вроде Cathedral и Electric Wizard.

Тема исчерпала себя. Вообще многие группы поют на одни и те же темы. Пожалуй, особняком стоит итальянский кинематограф ужасов, он востребован меньше. Недавно вышло два альбома, каждая песня которых посвящена относительно редким фильмам ужасов – это Arcana 13 “Danza Macabra” (2016) и Bretus “…From The Twilight Zone” (2017). Я рекомендую эти альбомы. Более того, второй вышел на отечественном лейбле Endless Winter. Ещё была такая сырая испанская группа Corman имени режиссёра, но это на любителя, очень сыро…
Есть ещё наши группы, цепляющиеся за эти концепции, но мне кажется, что это уже напускное, откровенное подражание… Я вырос в 90-е, смотрел какие-то старые фильмы, вроде зомбарской трилогии Ромеро. Но в основном это были более «свежие» «Нечто», «Зловещие мертвецы», «Фантазм». К этим фильмам я действительно испытывают некое чувство сродни ностальгии. Например, в «Фантазме» мне больше нравятся пустые пейзажи, «немноголюдность». За последние пару лет из подобных фильмов просмотрел, пожалуй, три. Выбирал тщательно: «Костяной томагавк» (автор сценария, кстати, участник группы Realmbuilder), «Дорога» по м
отивам повести Кормака Маккарти и «Пустота» (“The Void”, 2016), сочетающий в себе элементы мрака «Восставших из ада» и Лавкрафтовского ужаса. На очереди «Ведьма» (“The VVitch”, 2016), но учитывая занятость со второй книгой, посмотрю не скоро. Хотя в целом я рассматриваю это всё как эскапизм… У меня один из близких родственников работает в центре помощи жертвам насилия, в том числе домашнего, наркоманам и алкоголикам… Когда знаешь эти вещи, фильмы ужасов уже не смотришь.
У меня была идея написать статью о влиянии на жанр кинематографа ужасов в духе статьи о наследии Г.Ф. Лавкрафта – с цитатами групп, с конкретными песнями по конкретным фильмам. Но это большая работа, если делать её хорошо. Учитывая её объём, я бы не стал тратить время на онлайн публикацию. Возможно, сделаем приложение ко второй части Lexicanum.

Касаемо упомянутой ностальгии. Что характерно, адепты жанра в те времена не жили и испытывают ностальгию по несуществующему (по крайней мере, для них) прошлому. Своего рода романтизм. Как ты считаешь, в чем причина таких ощущений? Ведь, по большому счету, дум – это тяга к запретному и потустороннему, что всегда присуще человеку. Вместе с тем это, своего рода, стильность. Все-таки 70-е, откуда растут рога у многих думовых групп, были ярким и очень стильным временем во всех отношениях…

Ха-ха, знаешь, что мне это напомнило? Мантру «при Царе» / «при Сталине» / «при Брежневе» / «при Ельцине» было лучше! Только сейчас подумал об этом, хах… Да, тот период рок-истории представляется многим чем-то идеалистическим. Я думаю, что это заблуждение. Мне эта эстетика чужда. Я бы здесь привёл немного отвлеченный пример – то, как в последние несколько лет развивается культ той старой группы Coven с их сатанистскими ритуалами, вот этим всем внешним антуражем и голыми леди на алтарях. Культ роковОй женщины-жрицы, грудастая девственница на алтаре, мрачный гусь в капюшоне, Бафомет и прочая новогодняя мишура играют архиважное значение для большого числа групп. При этом единицы что-то серьёзно изучают и практикуют. Я зуб даю! Специально спрашивал их в интервью. Хотя Caronte, например, серьёзны в том, что они делают. Abysmal Grief, в какой-то мере, тоже. Хотя они утверждают, что в их песнях много сарказма, адресованного церкви.
Здесь я бы хотел привести вот какой пример. Для 7-го номера Fire редактор попросил меня сделать интервью с одной популярной “satanic occult” группой. Я из любопытства согласился, хотя их вирши о любви к Люциферу мне по барабану (но музыкально они цепляют, да). Так вот, я одновременно с этим подготовил для журнала интервью с английским музыкантом, журналистом и писателем Полом Роландом – он автор нескольких книг по оккультизму в том числе. С помощью ряда вопросов у меня получилось в рамках журнала создать некое подобие полемики. Риторика и мотивация «рок-сатаниста» сводилась к цитате “do that thou wilt”, не более того. Может быть, он секретничал, не знаю. А Пол довольно развёрнуто написал о популяризации образов Кроули и ЛаВэя с интересными характеристиками обоих персонажей. Одна из его книг по сути развенчивает «сатанистскую панику», и на основе известных документальных данных и свидетельствах он открыто указывает на жирный финансовый интерес ЛаВэя в развитии его Церкви и властолюбие Кроули, который посредством своих учеников часто просто тривиально удовлетворял свои амбиции и низменные интересы.

Мне интересно вот какое явление. Многие музыканты выступают за сатанизм, обвиняя христианство или, в лучшем случае, монотеистические религии в целом в лицемерии, лжи, узости взглядов. В этом есть рациональное зерно, но оно полностью теряется, когда в противовес этим религиям выставляется сатанизм с его не менее вычурной внешней атрибутикой. Грубо говоря, мужик с бородой в белом хитоне на облаке – это смешно. А чувак с сиськами, козлиной головой и хвостом – это, вай, серьёзно! Любопытно, как много противников христианства по doom-части придерживается атеистических взглядов?

Следование протоптанными дорожками, копирование таких клише оставляет минимум места для размышления, а жанр превращается в этакую форму эскапизма. Грубо говоря, дум отчасти был «музыкой человека в его плохие времена», а стал либо воплощением образов «религиозного мракобесия», либо «рок-н-ролльного» образа жизни. Я утрирую, это касается, наверное, процентов 60-70 всей сцены. Интересных групп много даже в этих двух категориях, но касаемо текстов всё сводится к манипуляции набором образов. Я считаю себя человеком взрослым, я сыт этим, поэтому мне импонируют тексты Count Raven, они имеют больше отношения к реальности. Мне интересна образность Eternal Elysium, что-то из сюжетов Lord Vicar. Но и из тёмных групп по принципу атмосферности я для себя что-то выделяю – например, Haunted и Kroh.
А «про цветы» и «нет войне» современные doom-группы не поют. Жанр, на мой взгляд, сильно закостенел за счёт прироста групп, явно дерущих чужие идеи. Но в то же время тем ярче выделяются оригинальные, живые команды. Для меня такими стали Hornss, Lord Vigo (имени того плохого парня из «Охотников за приведениями»), Mangog, Messa, Year Of The Cobra, Zaum.



Несмотря на традиционное пребывание в андеграунде, жанр сейчас разросся до внушительных размеров с целой кучей поджанров. Есть классики, на которых все равняются. Но среди большого количества современных групп трудно выделить явных лидеров. И лично меня это несколько смущает. Как ты вообще оцениваешь развитие дума, и какими ты видишь дальнейшие перспективы этого жанра?

К сожалению, в 90% случаев это вопрос раскрученности. Есть группы, сидящие на Rise Above, и это – знак качества. А есть, например, Twin Earth Records и открытые ими Book Of Wyrm. Или Haunted очень хороши. В то же время лейблы вроде Argonauta Records и Svart Records активно занимаются продвижением своих групп, но продажи у них, насколько я понимаю, далеки от фантастических. То есть это всё-таки нишевая музыка. Но более активное продвижение могло бы привлечь к жанру больше слушателей. Надо ли это? Группам, скорее всего, да.
То же самое касается концертной популярности. Очень часто успех зависит от букинг агентства, с которым работает (если работает) та или иная группа. Например, у украинцев Stoned Jesus с этим, как я знаю, всё здорово, они много и активно выступают в Европе. Хотя я не уверен, что это приносит какую-то прибыль.

И лично для меня загадка вот в чём. Большая часть doom-групп открыто ориентируется на звучание и тематику Black Sabbath. И вы меня простите, но некоторые из этих групп звучат не хуже. Они точно также умеют зацепить, завести, их хочется переслушивать снова и снова. Но народ пойдёт на Pentagram (даже без Бобби), Saint Vitus или Electric Wizard, популярность которых мне совсем непонятна, охотнее, чем на… не знаю, Kings Destroy или Caronte, Spiritus Mortis или Witchthroat Serpent… Или Cross Vault.
На мой взгляд, дум сегодня представлен в максимальном разнообразии и единственный вектор развития, какой я вижу, это привлечение большего числа слушателей. Когда утихнут страсти по «винтажному думу» я не знаю, но всё движется по кругу, и некоторый подъём сцены должен неизбежно пойти на спад.

Алексей, спасибо тебе за твой эпохальный труд и за то, что потрудился найти время для интервью. На прощание объясни, почему большинство адептов столь мрачного жанра до сих пор еще живы? Шутка! В общем, передаю инициативу тебе… Можешь добавить все, что посчитаешь нужным для того, чтобы эффектно завершить нашу беседу!

Сами музыканты как раз живы потому, что они сцеживают свой негатив через музыку. «Закупоренный гнев способен взорвать бутылку».
После двух лет работы над Doom Metal Lexicanum могу сказать только одно: цените своё с
вободное время и используйте его с умом. Развивайтесь, мир клином не сошёлся на одном тяжмете… Спорт, чтение, сбалансированное питание – вот это вот всё важные дела. Думайте, анализируйте, изучайте. Если вы дочитали интервью до конца (честь и хвала), то по этой ссылке можно найти пару сканов книги – полистать, посмотреть, при желании приобрести. Всем спасибо за внимание.

Ознакомиться и заказать книгу можно здесь.

Беседовал Alias
13 май 2018
the End


КомментарииСкрыть/показать 3 )



просмотров: 1985




/\\Вверх
Sodom Рейтинг@Mail.ru

1997-2018 © Russian Darkside e-Zine.2,160679101944    Если вы нашли на этой странице ошибку или есть комментарии и пожелания, то сообщите нам об этом